Узбекистан (еврейская община)

Вы находитесь на сайте "Архив статей из ЭЕЭ и статей на еврейские темы из Википедии"

(Различия между версиями)
Перейти к: навигация, поиск
(Конец девяностых - начало двухтысячных годов)
(Активизация деятельности экстремистских исламских группировок)
Строка 289: Строка 289:
молодежный клуб «Геула», еврейская библиотека, в Самарканде – песенный клуб, центр для пожилых людей, еврейский общинный центр, в Бухаре — еврейский общинный центр.
молодежный клуб «Геула», еврейская библиотека, в Самарканде – песенный клуб, центр для пожилых людей, еврейский общинный центр, в Бухаре — еврейский общинный центр.
-
=== Активизация деятельности экстремистских исламских группировок ===
+
==== Активизация деятельности экстремистских исламских группировок ====
С обострением политической напряженности в Узбекистане и активизации деятельности экстремистских исламских группировок участились нападения на евреев.  
С обострением политической напряженности в Узбекистане и активизации деятельности экстремистских исламских группировок участились нападения на евреев.  
Строка 302: Строка 302:
Многие местные евреи считали, что преступление произошло на национальной почве, однако правоохранительных органов Узбекистана этого не признали.
Многие местные евреи считали, что преступление произошло на национальной почве, однако правоохранительных органов Узбекистана этого не признали.
 +
== Межгосударственные отношения между Узбекистаном и Израилем ==
== Межгосударственные отношения между Узбекистаном и Израилем ==
   
   

Версия 20:28, 1 мая 2013



Источник: Электронная еврейская энциклопедия на русском языке
Тип статьи: Регулярная статья





Узбекистан, государство в Центральной Азии.

Содержание

Первые упоминания

Первые достоверные сведения о евреях на территории современного Узбекистана относятся к 8–10 вв., в то время они жили в находящемся в нижнем течении Аму-Дарьи Хорезмском оазисе, в частности, в столице Хорезма, городе Кят (близ современного города Беруни).

В 10 в. в Ферганской долине упоминается населенный пункт Яхудлык (это название можно перевести как «место, обильно населенное евреями»).

Двенадцатый век

К середине 12 в. относится сообщение об исчезновении еврейской общины в городе Джаид. В «Книге путешествий» Биньямина из Туделы (вторая половина 12 в.) содержится известие о еврейской общине Самарканда, возглавляемой выборным руководителем — наси.

Тринадцатый – четырнадцатый век

Не позднее первой половины 13 в. евреи появились в Бухаре, а в начале 14 в. им было разрешено селиться в Ургенче (при условии, что численность общины не будет превышать 100 семей; такое же ограничение действовало и в отношении христиан).

В 1339 г. Шломо бен Шмуэль составил в Ургенче словарь библейского иврита с комментариями на еврейско-персидском языке — «Сефер hа-мелица».

Шестнадцатый - восемнадцатый век

В 16–18 вв. еврейское население Бухарского, Кокандского и Хивинского ханств (они занимали почти всю территорию современного Узбекистана) утратило вследствие политических пертурбаций в регионе контакт с единоверцами в Иране и Афганистане. Его основным центром стал город Бухара, где на рубеже 16–17 вв. возник еврейский квартал (евреям было запрещено селиться за его пределами), во второй половине 18 в. – первой половине 19 в. — еще два.

Девятнадцатый век

К середине 19 в. евреи жили также в Самарканде (в этом городе еврейский квартал появился в 1843 г.), Карши, Каттакургане, Китабе, Коканде, Маргилане, Ташкенте, Хиве, Шахрисабзе, Хатырчи.

В 1840–50-х гг. в Бухарском ханстве поселились евреи, бежавшие из Мешхеда после их насильственного обращения в ислам в 1839 г.

До середины 1860-х гг. все евреи, жившие на территории современного Узбекистана, имели статус зимми; нередки были (особенно в 18 в. – первой половине 19 в.) случаи их насильственного обращения в ислам, что вело к появлению многочисленных чала (в Бухаре они составляли до 13% еврейского населения, общая численность которого превышала 11 тысяч человек, а в Самарканде имели особый ряд на городском рынке).

Евреи Бухарского ханства занимались преимущественно крашением тканей и шелкоткачеством, как правило, сами продавали продукты своего труда, однако в коммерцию как таковую включались редко.

Лишь на рубеже 18–19 вв. они начали финансировать деятельность мусульманских купеческих фирм, поддерживавших деловые связи с Россией, а с середины 1820-х гг. стали самостоятельно торговать с ней (российские власти в 1833 г. разрешили им вступать в купеческие гильдии в губерниях, находившихся за пределами черты оседлости, в 1842 г. допустили бухарских евреев на меновые дворы Оренбурга и Троицка, в 1844 г. — на Нижегородскую ярмарку).

Во главе еврейских общин Бухарского ханства стояли калонтары — светские руководители, избиравшиеся пожизненно (формально — всеми взрослыми мужчинами, фактически — нотаблями; результаты выборов утверждались властями, которые могли также сместить калонтара) и представлявшие евреев перед правителем (эмиром).

Основной судебной инстанцией общины был бет-дин; торговые, бытовые и мелкие уголовные дела, приговоры по которым можно было вынести без обращения к Галахе, рассматривали калонтары.

В Бухаре избирались также ассакалы (от узбекского `аксакал` — `белобородый`, то есть `старец`) — главы двух основных еврейских кварталов (так называемой старой и новой махаллы), считавшиеся помощниками калонтара.

Должностные лица не получали постоянного жалования, однако за разрешение тяжб калонтару полагалось вознаграждение.

Одной из главных его обязанностей был сбор подушной подати — джизьи (ее платили только зимми); в Бухаре под руководством калонтара действовали 12 калонтарони джизья, занимавшиеся оценкой имущества и доходов еврейских семей и распределявшие их в соответствии с этой оценкой по трем фискальным разрядам (плательщики первого разряда вносили по 48 таньга в год, второго — по 24, третьего — по 12).

Всеми духовными делами евреев Бухары ведал муллои калон (главный раввин); под его эгидой находились семь синагог города, хомло (начальное религиозное учебное заведение для мальчиков до 13 лет) и иешива; он возглавлял бет-дин и следил за соблюдением кашрута.

Калонтар Бухары считался светским главой всех евреев ханства, а муллои калон — их духовным руководителем.

Культурная и религиозная жизнь евреев на территории современного Узбекистана в 16–18 вв. находилась в состоянии упадка; ее возрождение было связано с деятельностью раввина Иосефа Мамона Магриби, уроженца Марокко, прибывшего в Бухару из Цфата в 1793 г.

Благодаря его усилиям в Бухаре открылась иешива, ставшая духовным центром бухарских евреев; среднеазиатская (хорасанская) литургия, которой они следовали до раввина Иосефа, уступила место сефардской (см. Сефарды).

В 1860-х гг. на территорию современного Узбекистана вторглись русские войска.

В 1865 г. они захватили Ташкент, в 1868 г. — Самарканд и Каттакурган, в 1873 г. — Хиву, в 1876 г. — Коканд и Маргилан.

Бухарское и Хивинское ханства, лишившиеся значительной части принадлежавших им земель, которые вошли в состав образованного в 1867 г. Туркестанского генерал-губернаторства (с 1886 г. — Туркестанский край), стали российскими протекторатами (соответственно в 1868 г. и 1873 г.), Кокандское ханство было ликвидировано (1876).

Поскольку еврейское население региона положительно отнеслось к его переходу под контроль России, а в Самарканде даже помогло русским частям отразить контрнаступление бухарской армии и мусульманских повстанцев, новые власти первоначально рассматривали евреев как единственную лояльную к ним группу местных жителей.

В городах, оказавшихся в пределах Туркестанского генерал-губернаторства, — Самарканде, Каттакургане, Ташкенте, Маргилане — евреи были уравнены в правах с мусульманами и освобождены от уплаты джизьи; чала обрели возможность вернуться к иудаизму.

Российская администрация сохранила в неприкосновенности систему еврейского самоуправления и лишь ввела в каждой общине должность казенного раввина.

В Бухарском и Хивинском ханствах евреи оставались на положении зимми; бухарский эмир взыскал с них почти треть контрибуции, которую он должен был выплатить России.

Поскольку по российско-бухарским договорам 1868 г. и 1873 г. евреи, остававшиеся подданными Бухарского ханства, имели право беспрепятственно приезжать в Россию, вести на ее территории торговлю и приобретать недвижимость, а в 1866 г. еврейским коммерсантам из Бухарского, Хивинского и Кокандского ханств, зачисленным в купеческие гильдии, было предоставлено право принимать российское подданство (в 1873 г. власти подтвердили это установление), началось массовое переселение бухарских евреев в Туркестанский край.

В Самарканде, где в 1873 г. насчитывалось лишь 168 еврейских домовладельцев, численность бухарско-еврейского населения уже к 1888–89 гг. достигла 3792 человек; в Ташкенте в 1865 г. проживало немногим более 100 бухарских евреев, в 1868 г. — около 200, в 1897 г. — свыше 1300; в Коканде в 1876 г. — шесть (по другим данным — 20), в 1888 г. — свыше тысячи (около 200 семей).

Обеспокоенная быстрым ростом численности евреев, российская администрация уже в 1887–89 гг. разделила их на две категории — «туземных» (тех, кто мог доказать, что он сам или его предки жили в городах, вошедших в состав Туркестанского края до его завоевания Россией) и прочих; последних (за исключением купцов, получивших российское подданство в соответствии с установлениями от 1866 г. и 1872 г.) стали считать «иностранцами» и, соответственно, лишили всяких прав.

В 1892 г. генерал-губернатор Туркестана издал секретный циркуляр, резко ограничивший доступ бухарских евреев (включая чала) на территорию этого края, а в 1900 г., в соответствии с резолюцией Николая II от 20 ноября 1898 г., все «иностранные» евреи получили предписание покинуть пределы России к 1 января 1906 г. (из городов современного Узбекистана им разрешили остаться лишь в Каттакургане).

Конец девятнадцатого - двадцатый век

В дальнейшем изгнание было отсрочено до 1909 г., а к списку городов, где «иностранные» евреи имели право жительства, прибавились (во многом благодаря усилиям духовного главы бухарско-еврейской общины Туркестана раввина Шломо Тажера) Самарканд, Коканд и Маргилан; из остальных мест (в частности, из Ташкента) их начали выселять в 1910 г.

Тогда же комиссия фон Палена, изучавшая положение в Туркестанском крае, рекомендовала ввести новые антиеврейские ограничения, а генерал-губернатор А. Самсонов публично обвинил евреев в том, что они «грабят народ» и «подделывают документы».

Изгнания евреев и армян (успешно конкурировавших с мусульманскими коммерсантами и промышленниками) требовали и исламские реформисты — джадиды.

Мощное антирусское восстание мусульман, охватившее Центральную Азию в 1916 г., заставило власти отменить почти все намечавшиеся ими антиеврейские мероприятия, однако секретные документы юдофобского содержания циркулировали в Туркестанском крае и в этот период.

В конце 19 в. – начале 20 в. среди бухарских евреев, живших на территории современного Узбекистана, появилась небольшая, но экономически влиятельная прослойка крупных коммерсантов и промышленников; они играли ведущую роль в торговле хлопком, вкладывали значительные средства в развитие хлопкоочистительной и хлопкоперерабатывающей промышленности Туркестанского края, переживавшей в то время период бурного роста (бухарско-еврейские семьи Вадияевых и Потилаховых входили в число крупнейших в Российской империи фабрикантов хлопка).

Вместе с тем, наплыв в Туркестанский край, Бухарское и Хивинское ханства относительно дешевых фабричных тканей из России привел к разорению и обнищанию подавляющего большинства еврейских красильщиков и ткачей; многим из них пришлось заняться мелкой торговлей, в том числе и коробейничеством, или искать заработок в сфере услуг (к началу 20 в. евреи составляли в регионе значительную часть парикмахеров, сапожников, чистильщиков обуви).

Кризис традиционных промыслов, а позднее — депортация из Туркестанского края побудили многие еврейские семьи репатриироваться в Эрец-Исраэль; с конца 1880-х гг. до начала Первой мировой войны туда переселилось, большей частью с территории современного Узбекистана, около 1500 бухарских евреев.

Почти все они обосновались в Иерусалиме, где была создана бухарско-еврейская община (1891) и возник Бухарский квартал (существует по сей день).

Присоединение части современного Узбекистана к России способствовало повышению образовательного уровня живших здесь бухарских евреев: наряду с традиционными хомло появились еврейские учебные заведения с преподаванием светских предметов и секулярные «русско-туземноеврейские» школы; дети из зажиточных семей стали посещать русские гимназии и коммерческие училища.

В 1910–14 гг. в Скобелеве (ныне Фергана) выходила газета на еврейско-таджикском языке — «Рахамим».

В 1870–1910-х гг. на территорию современного Узбекистана, в основном в Туркестанский край, переселилось несколько тысяч ашкеназов, имевших право жительства за пределами черты оседлости; они обосновались в европейских кварталах Ташкента, Самарканда, Андижана, Скобелева и создали в этих городах свои общины (в 1894 г. власти официально разрешили им открывать молитвенные дома).

Среди ашкеназов преобладали ремесленники и представители свободных профессий — врачи, фармацевты, адвокаты, журналисты, инженеры, фотографы, печатники, музыканты; их дети учились в русских гимназиях или в еврейских учебных заведениях с преподаванием на русском языке.

Евреи — выходцы из европейской части России — сыграли важную роль в становлении в Туркестанском крае либеральной русскоязычной прессы и в создании местных отделений центристских и левых партий.

После Февральской революции 1917 г. на территории современного Узбекистана, входившей в состав России, начали действовать сионистские (см. Сионизм) кружки (в них входили и бухарские евреи, и ашкеназы), отделения Бунда и общества Тарбут, открылись школы с преподаванием на иврите.

Ашкеназы — большевики и левые эсеры — приняли активное участие в установлении в Туркестане советской власти; некоторые из них вошли в руководство вновь созданной Туркестанской АССР.

Бухарские евреи большей частью рассматривали гражданскую войну в Центральной Азии как продолжение вооруженной борьбы между русскими и мусульманами, в которой их симпатии склонялись на сторону первых, то есть большевиков.

Вместе с тем, наиболее зажиточные и образованные бухарско-еврейские семьи поддерживали джадидов: в конце 1917 г. Рафаэль Потилахов стал членом правительства провозглашенной ими Туркестанской автономной республики со столицей в Коканде (так называемой Кокандской автономии), а в марте 1918 г. несколько членов семьи Юнусовых погибли во время резни джадидов в Бухаре.

2 марта 1918 г. красноармейский отряд, которым командовал председатель совета народных комиссаров Туркестанской АССР Ф. Колесов, учинил еврейский погром в городе Кармана, входившем в то время в состав Бухарского ханства: принадлежавшие евреям дома и лавки были разграблены, десять молодых женщин изнасилованы в синагоге.

Установление советской власти

С преобразованием Бухарского и Хивинского ханств в народные советские республики (1920) жившие здесь евреи получили равные с мусульманами права.

Одновременно новые власти ликвидировали традиционные органы общинного самоуправления.

Последний калонтар Бухары Пинхас Рабин (1868–1920) был расстрелян; похороненный заживо, он сумел выбраться из могилы, но впоследствии умер от ран.

В Туркестанской АССР все еврейские дела перешли в ведение местной Евсекции, состоявшей почти исключительно из ашкеназов, ничего не знавших о бухарских евреях.

Туземно-еврейское национальное центральное бюро народного комиссариата просвещения, учрежденное в начале 1919 г., создало сеть новых «туземно-еврейских» школ; несмотря на протесты евсекции, преподавание в них поначалу велось на иврите, поскольку учителя (в основном ашкеназы) могли общаться с учениками (бухарскими евреями) только на этом языке.

Лишь после того, как в 1920 г. в Ташкенте открылось бухарско-еврейское педагогическое училище под названием Институт просвещения (Инпрос; в 1930 г. был преобразован в Туземно-еврейский педагогический техникум и переведен в Коканд), появилась возможность отказаться от иврита, и в конце 1921 г. наркомпрос Туркестанской АССР издал распоряжение о переходе туземно-еврейских школ на еврейско-таджикский язык.

В Бухарской народной советской республике действовал еврейский комитет при наркомате внутренних дел и еврейские комитеты городов (упразднены в середине 1920-х гг.; тогда же фактически перестала действовать евсекция, однако официально она была распущена лишь в январе 1930 г.).

В 1919–22 гг. на территорию современного Узбекистана прибыло много ашкеназов, спасавшихся от погромов и голода на Украине и в Белоруссии.

После создания Узбекской ССР в нее продолжали переселяться ашкеназы, среди которых преобладали учителя, врачи, ученые, инженеры, квалифицированные рабочие.

Они сыграли здесь важную роль в развитии промышленности, науки, народного образования, здравоохранения; многие заняли высокие посты в партийных и государственных органах.

Бухарско-еврейские предприниматели, крупные и средние коммерсанты попали в категорию «лишенцев», утратив тем самым часть гражданских прав; мелким торговцам, ремесленникам и работникам сферы услуг, которых власти стремились «продуктивизировать» (то есть заставить вступить в колхозы и кооперативы или превратить в рабочих государственных предприятий), пришлось с середины 1920-х гг. выплачивать непосильные налоги.

Ткачи, сапожники, парикмахеры, мыловары, красильщики и портные организовали к концу 1920-х гг. 37 кооперативов (по большей части фиктивных), которые объединяли 796 семей; к 1933 г. около трех тысяч бухарских евреев официально считались кооператорами.

При активном участии ОЗЕТа и Комзета в Узбекистане создавались еврейские колхозы, в том числе и ашкеназские: к 1928 г. таких колхозов насчитывалось 28 (по другим данным — 27 или 29), в 1936 г. — лишь 15, однако число входивших в них семей возросло с 418 (1729 человек) в 1928 г. до 600 (около трех тысяч человек) в 1936 г.

Бухарские евреи составили подавляющее большинство рабочих шелкоткацкой и мыловаренных фабрик в Самарканде, хлопкоочистительного завода в Коканде.

В январе 1930 г. собственность всех оставшихся «частников» была конфискована, а осенью 1932 г. в Узбекистане развернулась кампания по массовому изъятию ценностей.

В 1930 г. в кишлаке Агалык близ Самарканда имел место кровавый навет.

Все это привело к возобновлению алии бухарских евреев (прервавшейся в годы Первой мировой войны); они, как правило, добирались до Эрец-Исраэль через Иран или Афганистан (нелегально, с помощью контрабандистов пересекая советскую границу), и лишь некоторые выезжали по иностранным паспортам в Западную Европу (часть таких эмигрантов осела в европейских странах, главным образом во Франции).

Всего с 1924 г. по 1935 г. (когда властям удалось перекрыть все каналы алии) Центральную Азию покинуло до четырех тысяч бухарских евреев; среди них преобладали выходцы из Узбекистана.

В 1926 г. численность бухарско-еврейского населения республики (в состав которой в то время входил Таджикистан) составила 18 172 человек, по данным переписи 1937 г. (которые, по всей вероятности, неточны) — 25 437 человек.

В 1930 г. в Узбекистане действовало 30 школ с преподаванием на еврейско-таджикском языке, в них насчитывалось около трех тысяч учеников и 120 учителей; к 1934 г. число учащихся увеличилось до четырех тысяч, учителей — до 170.

В 1920–30-х гг. выходили еврейские газеты «Ди комунистише фон» (на идиш) и «Рушнои» (с 1930 г. — «Байроки михнат», на еврейско-таджикском языке); в 1931 г. или начале 1932 г. появился литературно-художественный и публицистический журнал на еврейско-таджикском языке «Хаёти михнати» (позднее — «Адабияти совети»).

В 1925–26 гг. в Узбекистане была издана одна книга на еврейско-таджикском языке, в 1928–29 гг. — шесть, в 1931 г. — 76, в 1932 г. — 177, в 1935 г. — 62 (среди этих книг преобладали переведенные с русского языка учебники и брошюры политического содержания).

В 1933 г. в республике работало 15 клубов и 28 «красных чайхан» для бухарских евреев.

В Ташкенте (с 1930 г. — столица Узбекистана) существовал театр на идиш, в Самарканде в 1931 г. открылся Музей истории и этнографии бухарских евреев (экспозиция, составившая его основу, существовала с 1922 г.), в 1932 г. — театр на еврейско-таджикском языке.

В начале 1930-х гг. возникла «секция туземно-еврейских писателей при организационном бюро советских писателей Узбекистана».

С 1928 г. в Узбекистане активно велась кампания против иудаизма; к концу 1930-х гг. в Ташкенте осталось лишь четыре синагоги (из них три — бухарско-еврейские), во всех остальных городах со значительным еврейским населением — по одной.

Религиозная жизнь продолжалась, хотя и в гораздо меньших масштабах, в подполье: в частных домах устраивались богослужения, проводились собрания, участники которых читали и изучали священные тексты.

Во второй половине 1930-х гг. власти ликвидировали все еврейские кооперативы и почти все колхозы (лишь два из них просуществовали до начала 1950-х гг.); к 1938 г. число еврейских школ сократилось до 15 (2420 учащихся), а в 1940 г. преподавание, а также издание книг и газет на еврейско-таджикском языке было полностью прекращено (Туземно-еврейский педагогический техникум в Коканде в 1937 г. стал Узбекским женским педагогическим техникумом).

Закрылись все еврейские клубы, театры и музей в Самарканде (последний — в апреле 1938 г.).

Несколько тысяч евреев Узбекистана стали жертвами сталинских репрессий: были арестованы и расстреляны или брошены в исправительно-трудовые лагеря почти все духовные и светские руководители бухарско-еврейских общин досоветского периода, многие представители новой государственно-партийной и культурной элиты бухарских евреев (например, министр юстиции Узбекской ССР Авраhам Абдаррахманов) и ашкеназов.

С середины 1920-х гг. в Узбекистан (главным образом, в его северные, наименее развитые районы) ссылали членов нелегальных и полулегальных сионистских кружков, действовавших в европейской части Советского Союза, в 1939–41 гг. — зажиточных евреев и активистов еврейских политических, религиозных и культурных организаций из присоединенных к Советскому Союзу стран Прибалтики, областей Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии и Северной Буковины.

В 1941–42 гг. в республику прибыло свыше 150 тыс. евреев из районов, оккупированных германской армией.

В 1941 г. в Самарканд, а затем в Ташкент был эвакуирован ГОСЕТ, которым в то время руководил Ш. Михоэлс; в столице Узбекистана разместились московские и ленинградские киностудии, где работали режиссеры М. Ромм, И. Хейфиц, Н. Зархи (1908–?), Г. Козинцев, Л. Трауберг и многие актеры-евреи.

В 1941–43 гг. в Ташкенте жил Дер Нистер.

В Самарканде хасиды (см. Хасидизм), принадлежавшие к движению Хабад, организовали полуподпольные иешивы и хедеры.

В 1942 г. в Узбекистане побывал М. Бегин, служивший в то время в польской армии генерала В. Андерса.

Несколько тысяч бухарских евреев и ашкеназов из Узбекистана сражались в годы советско-германской войны в рядах Красной армии; многие из них погибли в боях.

Жители Ташкента Р. Лев (1918–43) и Л. Маргулян (1903–43) были удостоены звания Героя Советского Союза.

В последние годы войны и после ее окончания большинство эвакуированных в Узбекистан ашкеназов покинуло республику.

В период антисемитской кампании конца 1940-х – начала 1950-х гг. в Узбекистан, где меньше ощущалась государственная юдофобия, переселялись потерявшие работу евреи из европейской части Советского Союза.

Вторая половина двадцатого века

Во второй половине 1950-х гг., в связи с созданием в Навои, Алмалыке, Чирчике, Зеравшане, Ангрене и других городах крупных промышленных предприятий, в республику было направлено на работу несколько тысяч квалифицированных специалистов, в том числе немало евреев.

В 1959 г. численность еврейского населения Узбекистана составила 94 344 человек, в 1970 г. — около 103 тысяч.

В послевоенный период многие евреи (особенно ашкеназы) получали высшее или среднее специальное образование, работали в промышленности (главным образом на инженерных должностях), в научных и медицинских учреждениях, высших и средних учебных заведениях, в суде и адвокатуре; некоторые занимали высокие руководящие посты: С. Меришенский (1921–92), В. Духовный (родился в 1933 г.), А. Нисневич (родился в 1939 г.), Я. Бегельман и другие были заместителями министров Узбекской ССР, Д. Окунь — начальником управления республиканского комитета государственной безопасности, а затем — службы национальной безопасности независимого Узбекистана, М. Ягудаев (1905–63), Б. Пинхасов (родился в 1928 г.), Р. Каценович (родился в 1926 г.) и другие — директорами научно-исследовательских и проектных институтов.

Среди бухарских евреев сохранялась значительная прослойка парикмахеров, сапожников, продавцов, в которой постепенно наметилось преобладание людей старшего и среднего возрастов.

Евреи почти не занимались сельским хозяйством; среди немногих исключений — член колхоза «Хакикат» Сырдарьинского района, хлопковод Сарра Зубрак, получившая в 1952 г. звание Героя социалистического труда.

Значительный вклад в науку и культуру Узбекистана внесли (помимо перечисленных выше) физик И. Гулькаров (родился в 1939 г.; с 1992 г. в США), законовед А. Михайлов (1926–94), философ П. Ниязов (родился в 1930 г.; с 1994 г. в Израиле), медик И. Сафиев, композиторы Б. Зейдман, Э. Каландаров, М. Левиев (1912–90), Г. Мушель, М. Штейнберг, С. Юдаков, музыковед С. Тахалов (родился в 1935 г.; с 1991 г. в Израиле), главный режиссер республиканского кукольного театра И. Якубов, режиссер русского драматического театра имени М. Горького в Ташкенте А. Гинсбург, оперный певец С. Биньяминов (родился в 1929 г.; с 1994 г. в Израиле), актеры Марьям Якубова и С. Аулов, художники В. Зеликов, И. Вальденберг, В. Рыфтин, скульптор Я. Шапиро и другие.

До конца 1980-х гг. в Узбекистане не существовало никаких еврейских организаций, за исключением религиозных общин, находившихся под жестким контролем органов госбезопасности.

В 1950 г. руководители бухарско-еврейской общины Самарканда (13 человек) были преданы суду и приговорены к 25 годам тюремного заключения; то же произошло в Бухаре и Каттакургане.

В 1961 г. в Маргилане узбек обвинил пожилую еврейку в том, что она похитила и в ритуальных целях убила его двухлетнего сына (вскоре обнаружилось, что ребенок жив и невредим); год спустя подобный инцидент имел место в Ташкенте.

В 1962 г. власти запретили выпекать маццу; нарушители этого запрета (действовавшего до конца 1980-х гг.) считались уголовными преступниками.

Во время Войны Судного дня (октябрь 1973 г.) в Самарканде была предпринята попытка погрома (местная администрация пресекла ее при помощи армейских подразделений).

В 1970–80-х гг. в Узбекистане действовали подпольные кружки по изучению иврита, распространялись публикации еврейского самиздата.

Тогда же тысячи бухарских евреев и ашкеназов репатриировались в Израиль или эмигрировали в США, Канаду, страны Западной Европы.

В 1979 г. в республике проживало около 99 900 евреев, в 1989 г. — 93 862 (65 493 ашкеназов и 28 369 бухарских евреев; среди ашкеназов 43 747 человек назвали родным русский язык, 17 348 — язык своей национальности (идиш); среди бухарских евреев — соответственно 8445 и 19 638 еврейско-таджикский).

Возрождение еврейской жизни

С конца 1980-х гг. началось возрождение еврейской жизни: в Ташкенте был создан Еврейский культурный центр (директором в 1989–94 гг. был Р. Рабич), Бухарско-еврейский культурный центр (председателем до 1994 г. был П. Ниязов), в Самарканде — Культурный центр бухарских евреев (президент в 1990–93 гг. — И. Приев, затем — Я. Левиев), ашкеназский культурный центр (председатель — П. Ольвовский), молодежный клуб «Мааян», в Бухаре — Центр еврейского культурного наследия «Ле-ор», в Навои — еврейский культурный центр.

В Узбекистане начали также действовать: Еврейская ассоциация ученых, конструкторов, инженеров и предпринимателей «Керен ор» (председатель — М. Дегтярь), ассоциация делового сотрудничества «Израиль — Узбекистан» (президент — Ю. Колманович), Среднеазиатский региональный центр Ассоциации иудаики и еврейской культуры (директор — П. Щеголь).

В ряде городов открылись еврейские учебные заведения (большей частью вечерние и воскресные школы), курсы иврита, еврейской истории и традиции.

В республике вновь появилась еврейская периодическая печать: в 1990–92 гг. выходила газета «Мизрах» (орган Ташкентского еврейского культурного центра; редактор Г. Плетинский, затем Р. Меламед), с 1992 г. публикуется газета «Шофар» (орган Самаркандского культурного центра бухарских евреев; редактор М. Фазылов, трехкратный чемпион Советского Союза по шашкам, международный гроссмейстер), с 1993 г. — «Сохнутон» (информационный бюллетень представительства Еврейского агентства в Узбекистане и Ташкентского еврейского культурного центра; редактор Р. Меламед), с 1994 г. — «ТИКИЦ» (бюллетень Израильского культурно-информационного центра в Ташкенте).

Основной язык еврейской прессы Узбекистана — русский (лишь в газете «Шофар» часть материалов печатается на еврейско-таджикском языке).

С 1992 г. самаркандское радио начало транслировать передачи для евреев на русском и еврейско-таджикском языке.

С 1991 г. в Узбекистане работают представительства Еврейского агентства и Джойнта.

Усиление антисемитизма

На рубеже 1980-х и 1990-х гг. в Узбекистане (с 1991 г. — независимое государство) усилился антисемитизм; он в одинаковой степени характерен и для узбеков, и для выходцев из европейской части Советского Союза.

В мае 1990 г. произошел погром евреев и армян в Андижане (около 20 домов было сожжено или разграблено, несколько женщин подверглись насилию); с февраля 1990 г. неизвестные злоумышленники неоднократно совершали акты вандализма на еврейском кладбище в Ташкенте.

Рост юдофобских настроений, экономическая, а в конце 1980-х – начале 1990-х гг. — и политическая нестабильность привели к массовой эмиграции евреев: в 1989 г. из Узбекистана уехали в Израиль 1544 человек, в 1990 г. — 20 969, в 1991 г. — 14 277, в 1992 г. — 5665, в 1993 г. — 8724, в 1994 г. — 6408; всего в 1989–94 гг. — 57 587 человек, в том числе из Ташкента — 27 844, из Самарканда — 6444, из Бухары — 2542, из Ферганы — 2367, из Андижана — 1795, из Коканда — 1371, из Шахрисабза — 383, из Намангана — 369, из Термеза — 130.

Тысячи евреев уехали в США, Канаду, страны Западной Европы, Россию.

По приблизительной оценке Института современного еврейства при Еврейском университете в Иерусалиме, к середине 1990-х гг. в Узбекистане оставалось около 25 тыс. евреев.

Конец девяностых - начало двухтысячных годов

Во второй половине 1990-х – первой половине 2000-х гг. продолжался массовый выезд евреев Узбекистана в Израиль, США, Германию, Канаду, Австрию и другие страны.

В 1996 г. в Израиль из Узбекистана репатриировались 3 410 человек, в 1997 г. — 2695, в 1998 г. — 2399, в 1999 г. — 2858, в 2000 г. — 2276, в 2001 г. — 2040, в 2002 г. — 1358, в 2003 г. — 1051, в 2004 г. — 957, в 2005 г. — 830.

Всего в 1989–2005 гг. из Узбекистана в Израиль репатриировались 83 101 человек.

В 2003 г. в Узбекистане функционировали шесть синагог — три в Ташкенте, по одной в Андижане, в Бухаре и в Самарканде.

С 1990 г. главный раввин Узбекистана и Средней Азии — представитель хасидов Хабада А.-Д. Гуревич.

Часть еврейских учебных заведений была открыта при поддержке благотворительных фондов «Ор Авнер и «Ор Ханна», которые возглавляет Л. Леваев.

Так, в Ташкенте работает еврейская школа-гимназия, женская средняя еврейская школа «Бет-Ханна», женский институт «Хая Мушка», еврейский детский сад «Охел Менахем», иешива «Томхей тмимим», воскресная школа.

В Самарканде — детский сад «Ган Тора», в Фергане — иешива и воскресная школа, в Бухаре — еврейская средняя школа «Ор Авнер».

Основная еврейская организация страны — Ассоциация еврейских общин Узбекистана, входящая в Федерацию еврейских общин СНГ.

В Ташкенте работают: культурный центр бухарских евреев «Симхо», песенный и спортивный клубы, музей истории евреев Средней Азии, женский клуб Хабада, семейный клуб,

молодежный клуб «Геула», еврейская библиотека, в Самарканде – песенный клуб, центр для пожилых людей, еврейский общинный центр, в Бухаре — еврейский общинный центр.

Активизация деятельности экстремистских исламских группировок

С обострением политической напряженности в Узбекистане и активизации деятельности экстремистских исламских группировок участились нападения на евреев.

Так, 30 июля 2004 г. террорист-самоубийца взорвался рядом со зданием посольства Государства Израиль в Ташкенте; в тот же день другой террорист взорвался у здания посольства США.

Во время террактов погибло пять граждан Узбекистана, никто из сотрудников американского и израильского посольства или узбекских евреев не пострадал.

В феврале 2000 г. был убит по дороге в синагогу в Ташкенте раввин Авраам Ягодеев (1970–2006).

В начале июня 2006 г. были зверски убиты у себя дома секретарь главного раввина Центральной Азии А.-Д. Гуревича Карина-Ривка Лойфер (1986–2006) и ее мать Светлана Лойфер.

Многие местные евреи считали, что преступление произошло на национальной почве, однако правоохранительных органов Узбекистана этого не признали.

Межгосударственные отношения между Узбекистаном и Израилем

Дипломатические отношения между Израилем и Узбекистаном были установлены в феврале 1992 г.

В июле 1994 г. Узбекистан посетил министр иностранных дел Израиля Ш. Перес; во время этого визита были подписаны соглашения о взаимном стимулировании и защите инвестиций, налаживании воздушного сообщения, сотрудничестве в области туризма, здравоохранения, легкой промышленности, об обмене специалистами, протокол о взаимных консультациях по международным проблемам.

С 1992 г. в Ташкенте действует Израильский культурно-информационный центр.

Израильские фирмы осуществляют в Узбекистане проекты развития хлопководства (с использованием системы капельного орошения) и животноводства, строительства предприятий по переработке сельскохозяйственной продукции. Узбекские медики, метеорологи, специалисты по международному туризму учатся в Израиле на курсах повышения квалификации.

Многие узбекские специалисты в области сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства проходят усовершенствование в центре «Мошав» при Министерстве сельского хозяйства Израиля.

В 2006 г. объем израильских инвестиций в газовую промышленность Узбекистана составил 150 млн. долларов.

Электронная еврейская энциклопедия на русском языке Уведомление: Предварительной основой данной статьи была статья УЗБЕКИСТАН в ЭЕЭ
Личные инструменты
 

Шаблон:Ежевика:Рубрики

Навигация